В конце тяжелого февраля и одной из самых холодных зим XXI века решили порадовать вас рождественско-новогодними стихотворениями филолога Марии Шевцовой о природе времени и поиске «правильного» места в мире. Лирическое настроение передается здесь через идеализированные образы заснеженного Магадана, через истории людей, разъехавшихся по разным странам и даже через библейский сюжет о Рождестве, который разворачивается в декорациях современного отеля.

Этот цикл о том, как среди «мокрого тумана» и бесконечного потока негативных новостей мы продолжаем радоваться медленно отступающей темноте и отпускаем уходящее время с надеждой на лучшее.

Размышления о новогодней погоде

Не видно, но
Есть елка у окна
И кот сидит
И это все довольно
Уютно
Напоминает:
Скоро Новый год
Но за окном
Уютность заканчивается
Стоит мокрый туман
Лужи темнеют на балконном бетоне
Погода не новогодняя
Неправильная
А какая должна быть правильная?
Ну, сугробы белые пушистые
Морозец
Солнце, небо голубое
Это днем
А вечером и ночью
Фонари, гирлянды в темноте, светло от снега
Так должно быть
Может, ты просто в неправильном месте живешь?
В Москве сейчас, например, много снега
Говорят
Все занесло
Дворники не справляются
Москва, Москва
Это как сказать
Помнишь Митю и Таню?
Брат с сестрой
Приехали из Магадана
Поступили в Университет
На филологический, конечно
Они презирали московскую зиму
Говорили, что настоящая зима
В Магадане
Там уже в ноябре
(Или октябре?)
Лежит хороший снег
Главное — чистый
Таня показывала руками размер
А тут что?
Брезгливо добавлял Митя
Серая слякоть
Месишь ногами
Спускаешься в метро
По колено в грязи
Брр
Бее
Фрр
Правильное место — это Магадан
А ты знаешь,
Как Митя и Таня оказались в Магадане?
Вернее, не они
Их бабушки и дедушки
Или прабабушки и прадедушки?
Нет
Не знаю
Но можно догадаться
Они же изначально
Были откуда-то из
Беларуси?
Не важно
Они воспитали во мне
Безграничное уважение
К магаданской зиме
Но один раз
Я пошла в поход
Там был один человек
Мужчина
Необыкновенно спортивный
Я помню его загорелые ноги
Он ходил всегда в шортах
И много фотографировал
Носил с собой фотоаппарат
И три съемных объектива
Каждый грамм по триста
Это чрезвычайно много
В условиях похода
Так вот он был
Откуда-то из тех краев
Но не из самого Магадана
Из поселка в Магаданской области
И когда я рассказала ему
О своем уважении
Магаданской зимы
Он только засмеялся
И сказал, что в Магадане — это
Фигня
Насмешка природы
Теплынь
Ерунда
Ничего хорошего
Вот у них, в поселке
Минус шестьдесят
И это уже зима
Нормальная такая
Есть о чем говорить
И снегу, конечно
Достаточно
И белизны
И скрипа
И леденеющего дыхания
И новогоднего настроения
Так сказал он
Упаковал объективы
В зеленый суконный рюкзак
Вышел из купе
И сразу исчез
Затолкался в толпе
Привокзальной станции
Московского метро
Сейчас все разъехались
Таня учила македонский
Но вышла замуж почему-то за поляка
Живет в Познани
У нее двое детей
Вероятно
Она лепит им
Микроскопических мокрых снеговичков
Рассказывает о Магадане
Показывает рукой размер
Магаданского снега
Митя в Германии
Недалеко от Нюрнберга
В маленьком городе
Который называется Бамберг
Жизнь течет в разных направлениях
И правильных мест в неправильные
Или наоборот
Это неясно
Совершенно непонятно
На это можно только смотреть
Как кот, который сидит перед елкой
И смотрит наружу
На балкон
На лужи
На темный бетон
На мокрый туман
Не надеясь понять
Что происходит

Остатки года

Остатки года
Переходят в неположенном месте
Асфальт
И исчезают
Там, за бордюрной кромкой
В темноте
В траве
В мерзлой серой земле
Или раскисшей
В лужах.
Они тают как снег при внезапно плюсовой температуре
Незаметно и неизбежно растворяются как
Свет дня
В сиреневых сумерках.
Остатки года
Идут не в ногу
В разнобой
Сутуло
Понуро
Спотыкаются
Пытаются тем не менее
Друг друга подбодрить
Улыбаются последней улыбкой
Безнадежно проигравшие
Делают хорошую мину.
И мир замирает почтительно, глядя им вслед
В эти несколько темных дней
Ставших, впрочем, немного светлее
Никто не строит планов
Не начинает новых дел
Не заканчивает старых
Все молчат
Потому что
Каждый понимает, что когда-нибудь
Нескоро
Жизнь превратится в воспоминания
И также перейдет дорогу
В последний раз
Скроется за бордюрной кромкой
Исчезнет в ночи
Но пока
Записываешь в тетрадку
Надежды на будущее
Сжимаешь ее в руке

Рождество

Никто не помнил, когда
Он родился
При каких обстоятельствах
Некоторые рассказывали, что появилась звезда,
Другие говорили про переполненные гостиницы
Кривую, растерянную
Улыбку администратора на ресепшн
Красные пятна на щеках у горничной,
Униженно катящей тележку с ворохами грязного белья
Все рассчитывают на ее услужливость
Слышатся реплики, сливаются в общий шум голосов
Спасибо за понимание!
Нет, абсолютно ничего
Не случилось, не беспокойтесь,
Матери оказана надлежащая медицинская помощь,
Не волнуйтесь, берегите себя, мы ценим вашу лояльность
Разумеется, там нет никаких животных, что вы
Это же нестерильно, негигиенично
Обычная комната для персонала
Без окон, зато есть матрас и чистая простыня
Сделали, что могли, не гнать же на улицу
Зимой
А они люди приятные, скромные, как-то даже
Хотелось им помочь, знаете,
Бывает так: сам умотался, с ног валишься, с этой переписью с ума все посходили
Всех засели, размести, накорми,
За завтраком давка, очереди, кофе закончился,
Люди злятся, подходят и каждый такой: «И это, по-вашему, три звезды?
Да это максимум одна звезда!»
Ненавижу свою работу
Уволюсь завтра прям
Ну вот, а тут — эта пара
Не до них как бы, да?
Сначала — честно, послать их хотелось
Наорать просто
Но они говорили очень тихо
Просили помочь
Почему-то стало ясно, что это важно
Ну и вот
Главное, их искали потом
Серьезные люди
Подкатили на машине ко входу
Свой водитель, дорогие часы, очки
В золотой оправе
Но тех уже не было в комнате
И странно:
Там было нереально чисто,
Как будто кто-то убрался,
Выстирал и погладил белье
У нас же там пыльно, кучи хлама, то, что не успели выбросить — такое
А тут все сияет
Горничная обрадовалась, удивилась
Потом даже немного свихнулась — ходит и улыбается, ну не в себе человек
Может, от перегрузки, конечно
На нее тогда навалилось — не передохнуть
Главное, дату тоже не могу вспомнить
Две недели как в тумане,
Компьютер зависал раз за разом,
Данные не сохранились
Блаженную эту пытал — она только что-то бормочет
И люди бегут под дождем
И холодно, холодно очень